Последняя ночь Гильема де Кабестаня
(к печальной истории о «съеденном сердце»)
![](/_nuxt/img/line2.5d0932c.png)
![John Maler Collier (1850-1934). A Glass of Wine with Caesar Borgia, 1893 John Maler Collier (1850-1934). A Glass of Wine with Caesar Borgia, 1893](https://yazov.ru/media/uploaded_images/image/original/83/c6/2f/83c62fccc099d8f217ffc7822ab99eaf.jpg)
Я
жертвой поцелуя искупил
Беспечный грех твои красы глядеть,
В волненье чувств готовый умереть,
Я за границу чувств своих ступил,
И как же мне сейчас преодолеть
Ту страсть, что я небрежно разбудил,
И дух нектаром белладонны отравил,
Уже ль я не смогу тебя пропеть?
В душе моей заполыхал пожар
Страстей несбыточных и о твоих устах,
Тех грёз моих в божественных перстах,
Что боль воспели, словно это дар;
Бывает так, что вырастет в цветах
Крапива жгучая, пробравшись в будуар
Волшебных роз, где меж душистых пар
Себя отыщет словно бы в мечтах!
Уже ли мне в глаза твои глядеть
Нет права, ибо род мой тёрн лесной
В ущелье узком, зеленеет он весной,
Тех познавая, кто посмеет петь,
Ступая вслед туманам за росой -
Дриад, незримых людям - им лететь
В Аркадию! Так мне судьбой сгореть
Дано Амуром, потеряв покой!
Ах, донна, для чего ты рождена
В покоях королевских, где лишь сталь
Приора гордого, где зоркий сенешаль
Узнает враз, в кого ты влюблена;
Так, соблюдает строгую мораль
Тот двор, где отомстят, поверь, сполна
Любви запретной! (Ах, как ночь нежна,
Так глубока, как глубока печаль).
Так мы бежим по краю и за край
Влюбленной юности, не знающей помех
Вторим Амуру, так любовь прияв за грех,
Теряем вновь и вновь с тобою рай,
О, светлоокая, за голос твой и смех
Отдам я жизнь свою с утра, ты так и знай,
Мне не простят увы сей поцелуй, прощай,
Так за мгновения любви карают всех.
Беспечный грех твои красы глядеть,
В волненье чувств готовый умереть,
Я за границу чувств своих ступил,
И как же мне сейчас преодолеть
Ту страсть, что я небрежно разбудил,
И дух нектаром белладонны отравил,
Уже ль я не смогу тебя пропеть?
В душе моей заполыхал пожар
Страстей несбыточных и о твоих устах,
Тех грёз моих в божественных перстах,
Что боль воспели, словно это дар;
Бывает так, что вырастет в цветах
Крапива жгучая, пробравшись в будуар
Волшебных роз, где меж душистых пар
Себя отыщет словно бы в мечтах!
Уже ли мне в глаза твои глядеть
Нет права, ибо род мой тёрн лесной
В ущелье узком, зеленеет он весной,
Тех познавая, кто посмеет петь,
Ступая вслед туманам за росой -
Дриад, незримых людям - им лететь
В Аркадию! Так мне судьбой сгореть
Дано Амуром, потеряв покой!
Ах, донна, для чего ты рождена
В покоях королевских, где лишь сталь
Приора гордого, где зоркий сенешаль
Узнает враз, в кого ты влюблена;
Так, соблюдает строгую мораль
Тот двор, где отомстят, поверь, сполна
Любви запретной! (Ах, как ночь нежна,
Так глубока, как глубока печаль).
Так мы бежим по краю и за край
Влюбленной юности, не знающей помех
Вторим Амуру, так любовь прияв за грех,
Теряем вновь и вновь с тобою рай,
О, светлоокая, за голос твой и смех
Отдам я жизнь свою с утра, ты так и знай,
Мне не простят увы сей поцелуй, прощай,
Так за мгновения любви карают всех.